Я не знаю как жить, если смерть станет вдруг невозможной,
Память вырвать не просто, как выклянчить песнею дождь...
(с) дядя Юра
Память вырвать не просто, как выклянчить песнею дождь...
(с) дядя Юра
Морозный воздух, капли снега…
Как будто одолела нега,
Томленье по теплу очей,
Без громких пафосных речей…
Без страхов суетных желаний…
Когда достаточно молчаньем,
Ей показать, что мир пришел,
Что наконец ее нашел…
Как будто одолела нега,
Томленье по теплу очей,
Без громких пафосных речей…
Без страхов суетных желаний…
Когда достаточно молчаньем,
Ей показать, что мир пришел,
Что наконец ее нашел…
Танцующий в прорывах света,
Под звуки грома и дождя,
Он тенью по миру бродя,
Ждет от глухих небес ответа.
За чем идти в порывах ветра?
За что платить такую дань?
К кому тянуть худую длань?
Куда заводят километры?
Куда все птицы улетают?
Куда направить ясный взгляд?
Найти ответы был бы рад –
Но небеса о том не знают…
Под звуки грома и дождя,
Он тенью по миру бродя,
Ждет от глухих небес ответа.
За чем идти в порывах ветра?
За что платить такую дань?
К кому тянуть худую длань?
Куда заводят километры?
Куда все птицы улетают?
Куда направить ясный взгляд?
Найти ответы был бы рад –
Но небеса о том не знают…
Так поэт влюбляется в музу,
Роковую посланницу света,
Бродит сонно, не чая ответа,
Стонет глядя в звездную лужу…
Ходит ночью, вдоль линий объятий,
Страстным сном обуян безнадежно...
В тишине светлых образов нежных,
Бредит запахом теплой кровати…
Кровью вздоха он меряет время,
Звуком сердца миры познавая,
В синеве ее глаз утопая -
Тянет чувств окрыляющих бремя
Роковую посланницу света,
Бродит сонно, не чая ответа,
Стонет глядя в звездную лужу…
Ходит ночью, вдоль линий объятий,
Страстным сном обуян безнадежно...
В тишине светлых образов нежных,
Бредит запахом теплой кровати…
Кровью вздоха он меряет время,
Звуком сердца миры познавая,
В синеве ее глаз утопая -
Тянет чувств окрыляющих бремя
И день и ночь шумит угрюмо,
И день и ночь на берегу
Я бесконечность стерегу
Средь свиста, грохота и шума.
Когда ж зеркальность тишины
Сулит обманную беспечность,
Сквозит двойная бесконечность
Из отраженной глубины.
(с) Максимилиан Волошин
И день и ночь на берегу
Я бесконечность стерегу
Средь свиста, грохота и шума.
Когда ж зеркальность тишины
Сулит обманную беспечность,
Сквозит двойная бесконечность
Из отраженной глубины.
(с) Максимилиан Волошин
Так-так-так… ага… вот… тут еще не стояла… да, точно, тут я не стояла… вот… ага, щас щас… лбом прижаться…. так… вооот… а… ой, свечечку еще… да, вот, свечечку… хух… Боже… да, Боже… помоги значит, ну помоги там чтоб Петя работу нашел… ну что все хорошо было… дети, Колечка и Оля… чтоб Коля учиться начал наконец… а Оля, такая красавица у меня, чтоб мужа нашла хорошего… да, хорошего… и чтоб при деньгах… вот... ( ... )
Сквозь вены, в тишину,
Рассудок покидает...
И тихо снег летает,
Столь мягко... в тишину...
Рассудок покидает...
И тихо снег летает,
Столь мягко... в тишину...
Тихий, ноктюрна, нот перелив,
Садит снежинки спокойно…
Тихо, уводит, лед растопив,
Мысли мучительных стонов…
Садит снежинки спокойно…
Тихо, уводит, лед растопив,
Мысли мучительных стонов…
Знаешь, я вот чего хотел Тебе сказать... спасибо... даже не так, иначе немного.... СПАСИБО... я наконец дождался этого... наконец смог пройтись, пусть и пять минут... под фонарями... и смотреть, смотреть во все глаза, максимально раскрыв их... вдыхая полной грудью воздух... пусть и с газами машин, пусть загрязненный, но сейчас это ВОЗДУХ... смог дышать... еще раз, спасибо Тебе... за то, что я только что видел как падает снег...
Когда смерть дарит освобождение, остается лишь имя... строка в архиве памяти... в архиве памяти строк, в архивах памяти... в памяти архивов таких же строк, таких же архивов... памяти... тлеющего архива...
Скрыться тенью, от мира уйти,
Кануть в Лету строкою архивов,
Криком птицы дыханье найти,
И покой, за грядою приливов…
Кануть в Лету строкою архивов,
Криком птицы дыханье найти,
И покой, за грядою приливов…









